the shapeshifter you would break yourself into a thousand pieces, shatter every bone, and pry off every inch of skin to be what you think others want. you've become so many different things over the years. at this point, you've been everything except at peace. you conform and change and adapt and desert entire pieces of yourself, but when will it be enough? when has it ever been enough for them, and when has it ever made you whole again? speaking of, who are you anymore? do you even know? how long has it been since you've recognized the face in the mirror. are "you" still "you?"

он чудаковатый, не водись с ним.
( ей об этом говорит каждый, даже мама, когда помешивает ложкой суп; мама слишком педантичная, часто посматривает на настенные часы ). софи лишь лениво зевает, заныривая ложку в миску со своим завтраком.

почему-то у софи с детства выработалась привычка не слушаться взрослых, идти врознь их запретам,
а еще водиться с теми, с кем этого делать не нужно.

у хитклифа вечно отросшие волосы, лезущая на глаза такая же отросшая чёлка, потому что у его семьи нет денег даже на поход в парикмахерскую.
она не зовёт его по имени, потому что глупо не знает его. софи знает, что он сын хитклифов и водиться с ним нельзя.

софи — дочь своей матери,
кассандре нравится, когда всё на отлично, когда всё красиво внешне, когда нет изъянов.

семейство хитклиф было одним большим изъяном кетчикана, который обходил стороной каждый,
но не софи.

— ты как заросший щеночек, мне нравятся собаки, но у моей мамы аллергия на шерсть.

приходится гладить всех уличных собачек и кошечек, а потом долго стоять у раковины, вымывая руки с мылом до скрипучей красноты.

у мамы софи болезнь, какое-то дикое нечеловеческое помешательство на чистоте и порядке. на правилах. на зелёную галочку около пункта положительная оценка от общества.
её мама совсем не живёт ни ради себя, ни даже ради софи.

ей четырнадцать и она одна против всего мира.
наверное, поэтому, софи притаскивает щеночка к ним домой. его зовут мориц как оказалось потом. он старше её на два года, но она чуть выше.
это даже смешно.

у хитклифа детских обид за воротником слишком много. но ему нравится играть с софи, она почти не ходит в платьях на зло матери, постоянно возвращается с прогулок грязная и в пыли, с колтунами в волосах.

когда они были детьми всё было как-то проще.

он мало говорит, почти-что не обращает на неё никакого внимания, а софи мало кукол в доме, мало игрушек в доме. всё такое типичное и уже надоело, а вот стоящий рядом мориц — нет. у него тёмные глаза и точно такая же душонка ( так говорят все, но софи не верит ). софи на зло всем никакой из сплетен этих не верит, чтобы через несколько лет отдалиться от него из-за этой правды.

он дьявол,
за его спиной точно ходит демон.
( почему она никому не поверила? почему так всегда упряма? ).

когда умирает мать хитклифа, софи помогает ему собраться. завязывает узел галстука в удавку, прячет в карман чёрного пиджака несколько клубничных леденцов. ей хочется хитклифа утешить, но в её семьей совсем не принято проявлять слабость.
она треплет молчаливо его по щеке, а он смотрит на неё полными глазами . . .
( она ему в глаза совсем не смотрит ).

𝜗ৎ  

love as violence i love as bloodshed, crimson as a knife slipped between your ribs; when ocean vuong said «to arrive at love, then, is to arrive through obliteration» and when franz kafka said «you are the knife i turn inside myself; that is love» and when ada limon said «how do you love? like a fist. like a knife» and when richard siken said «sorry about the blood in your mouth. i wish it was mine»

ей не хочется ни его видеть, ни знать, ничего о нём не слышать. заткнуть себе уши, закрыть глаза, лишь бы только не это ( его голос, такой бархатный и низкий, такой просящий ). софи теряется, теряется в этом шепоте, мучается изнутри, ведь кости подрагивают от мёрзлых капель дождя.

он стоит здесь,
прямо сейчас.

без зонта,
такой мокрый с этими большими бездонными глазами, которые точно смотрят на неё сверху. она чувствует это покалывание его интереса, его мольба, словно неозвученный триптих.

— только сейчас? ты вернулся только сейчас? где ты был все эти годы?

он её бросил, оставил так надолго, что она почти вычеркнула его из своей жизни. она почти его забыла ( но это почти — разбилось вдребезги, ведь хитклиф — разрушение её покоя, они как кали и шива, как гадес с персефоной, они без хорошего начала, поэтому конца для них тоже не было ); софи бьёт его в грудь, кричит, ведь всё его предательство — её пауза в жизни, её взращенная обида и злость, которая осталась грязным пятном на сердце.

он её бросил, оставил такую независимую и одинокую. как же она кричала ему в лицо, что ей никто не нужен, и как же горько она глушила свои рыдания в подушку, потому что он её оставил. мориц не был её миром, не был её душой, он не был никем,
но она подарила ему этот взгляд,
она вложила ему в рот эту волчью хищность,
она разбудила его тени,
она заставила его бороться вместе с ней против мира.

и он оставил.
без писем, без записок, без звонков.

ни единого мэйла на почте за пять лет.
возможно, если бы можно было убить человека, зная лишь его имя — софи убила бы морица. она бы прописала ему самую грязную и жестокую смерть, где он бы долго-долго-долго мучился.

потому что предатели не должны обретать покоя.

///////

софи,
моя хрупкая, но такая сильная софи.

твои глаза, вытоптанные в зимнюю грязь из снега. твоя улыбка, словно нож в моё сердце. твои холодные женские руки, нежные, мягкие, ладони такие маленькие в сравнении с моими. ты такая крохотная, но

мориц так долго молчал, все те годы мучений и послушания религиозного. он слушал её, внемлил ей, всегда защищал, всегда отгораживал от любой опасности, подставляя своё тело. а она что? она что сделала? просила его перестать быть таким угрюмым, иногда веселится вместе с ней. она не знает, что такое жизнь, — он думал так всегда, в тысячный раз разглядывая её кукольное лицо.

если он оставит её, она сломается.

он никогда не хотел делать ей больно умышленно, но это был его _ язык любви ( грубый, молчаливый и холодный ); она бесилась, бодалась загнанным зверьком, а мориц видел в этом лишь для неё возможность, чтобы она стала самостоятельней, смелей, сильней. она ведь такая храбрая, но она не выживет без него.

без его собачьей любви и вечного любования.

поэтому он и ушёл, оставил свою хозяйку, чтобы та наконец задумалась, что творила. только вот софи своих ошибок не знает, мориц ведь ничего такого ей никогда не говорил.

не говорил, что всегда любил,
не говорил, что она для него всё.

он молчал,
а когда вернулся и вложил в ладони софи своё собачье большое сердце — она начала кричать.

///////

дополнительно:
мр хитклиф, я вас ненавижу
ой, то есть очень люблю.
всё обсуждаемо, всё уточняемо, обрастаемо новыми поворотами сюжета и хэдами. хитклиф — живое воплощение байронского героя с собственными ошибками, уроками и большим апгрейтом в нынешнем времени; заявка, конечно, в пару. сюжет наш тянется с детства по настоящее. тропы — яростная преданность ; обсессивная любовь ; запретная любовь и предательство

///

важный тикток тык на инглише // плачьте тык вместе со мной

пишу до 4к, могу спидпостить и в размерах поменьше. пишу быстро, вдохновляюще и вообще я с ранцем идей, поэтому ищется на роль такой же заинтересованный соигрок, который не пропадёт после первого поста.
люблю поболтать во флуде, в тг, покидать тиктоки, посмотреть фильмы на випати, а ещё я просто прикольная и ищу такого же прикольного и комфортного. общение вообще +вайб, поэтому было бы очень здорово, если ты такой же любитель потрещать костями.
круто было бы словиться вайбами, мы можем играть не только наш сюжетик, но и прыгнуть в ау и всё на свете, если захочешь.

внешность можно поменять, имя мне тоже непринципиально. дайте поиграть обсессивную любовь как в фильме 26ого грозовой перевал и мир заиграет красками.